Саратовский академический ТЮЗ им. Ю.П. Киселева представил на сцене театра «Школа драматического искусства» спектакли «Фома Опискин», «Приключения Фунтика», «Медея». Перед началом гастролей прошла встреча представителей театров с журналистами.
Директор театра «ШДИ» Ольга Соколова напомнила о том, что художественный руководитель режиссерско-актерской лаборатории «ШДИ», заслуженный артист РФ Игорь Яцко начинал свой творческий путь на сцене Саратовского ТЮЗа, поэтому между театрами существует особая связь: «Саратовский ТЮЗ привез три интереснейших спектакля, москвичи практически все билеты на «Медею» раскупили в первый же день. Мы в пятый раз участвуем в программе «Большие гастроли». В нашей гастрольной биографии – города Омск, Кинешма, Ростов-на-Дону, Луганск, а теперь география расширяется – на Волге появляется город, куда мы хотим приехать совсем скоро».
О спектаклях и начавшихся гастролях рассказал директор Саратовского ТЮЗа Игорь Баголей: «Прежде всего хотелось бы сказать большое спасибо РОСКОНЦЕРТу и программе «Большие гастроли», которые каждый год нам позволяют путешествовать, знакомить со своим творчеством зрителей во многих городах нашей страны. В этот раз нам посчастливилось приехать в Москву, в «ШДИ». Замечательный театр!».
Игорь Яцко рассказал о планах на будущее: «Обменные гастроли – это событие! Конечно, в моей жизни есть две школы: Юрия Петровича Киселева, Саратовский ТЮЗ, и Анатолия Александровича Васильева, который пригласил меня к себе в театр в 1990-м году. Я всегда опираюсь и на одну, и на другую школы. Саратовский ТЮЗ – очень мощная школа, этическая, эстетическая. И «Большие гастроли» позволили принять театр у нас и поехать нам в гости в Саратов, в такие родные стены, родной театр, к родным людям. Это для меня, большое событие, радостное и творческое. И Игорь Михайлович, директор ТЮЗа – мой однокашник еще с театрального училища. В ТЮЗ мы едем впервые. Много нитей сходятся воедино, которые для меня очень ценны, дороги и творчески обоснованы».
На спектакль «Медея», открывавший гастроли, было сложно попасть не только в Саратове, но и в Москве. Режиссер-постановщик Олег Загуменов заметил: «Очень ответственна и важна для нас эта встреча с московским зрителем».
Актриса Наталья Горячева, работая над этим образом, погрузилась в изучение психологии. И оказалось, что история, описанная в мифологии, происходит довольно часто.
«Есть в психологии даже такой термин – синдром Медеи. И женщины, к сожалению, готовы пожертвовать своими детьми во имя любви. И я считаю, что это трагедия», — говорит Наталья.
Интересно рассказал о спектакле в своем ЖЖ популярный в среде эстетствующих любителей театра и кино блогер Слава Шадронов, приведем его опус в сокращенном виде.
— Сценография Ольги Колесниковой в саратовской версии самый обыкновенный металлический подиум с решетками и лесенками, плюс справа «лежанка», обозначающая убогое жилье Медеи, с видеоинсталяцией морского берега на телемониторе; на контрасте со Стариком и Старухой основные персонажи истории выглядят и ведут себя как люди условно-современные, где оба мужчины — и Язон, и Эгей — невзрачны, инертны и зависимы, а заглавная героиня — приближена к типу современной женщины, претендующей на самостоятельность, но по-прежнему, как (видится драматургу и вслед за ним режиссеру) без мужика прожить не способная, точнее, не желающая.
Советский декаданс «Медеи» Людмилы Разумовской предполагает контраст между белым стихом текста и «прозаическим» образом мысли героев, в том числе и «трагической» героини. Саратовские страдания, кажется, всерьез предполагают обнаружить «трагическую» подоплеку именно в узнаваемом, сегодняшнем, житейском явлении (муж ушел к другой); вместе с тем Разумовская не то что отказывает героине в сочувствии, но не спешит ее поступок оправдывать : заревновала, поспешила изменить с первым попавшимся любовником, не разобралась в истинных намерениях мужа, погубила себя, детей своих, кучу невинных людей…
Вообще-то с намерениями и Язона, и даже Эгея все не столь очевидно, как можно уловить из текста. Доверяясь буквально тому, что говорят персонажи, они и сами друг другу не доверяют, и режиссёру стоило бы вникнуть в подтексты глубже, может и от себя что-то привнести, заново переосмыслить. В том виде, как «Медея» представлена артистами Саратовского ТЮЗа, она слишком мелка для трагедии и чересчур абстрактна для мелодрамы.
Конечно, с опытным театральным критиком можно спорить, это его личное мнение. А вот с такой сентенцией, высказанной другим критиком, трудно не согласится: «Главное послание этого спектакля в том, что любовь и страсть — вещи разные. И страсть не только губит человека изнутри, но разрушает и жизнь вокруг него».